Трамп и рынки: медовый месяц закончился

0
11

Нуриэль Рубини о том, почему животная радость корпоративного сектора США в обозримом будущем сменится таким же животным страхом.

Когда Дональд Трамп был избран президентом США, фондовые рынки отреагировали на это впечатляющим ралли. У инвесторов началось головокружение от обещаний Трампа — бюджетные стимулы, дерегулирование в сфере энергетики, здравоохранения и финансовых услуг, резкое снижение налогов на корпорации, частных лиц, недвижимость и доходы с капитала. Однако смогут ли реалии «трампономики» поддерживать и дальше рост цен на акции?

Нет ничего удивительного в том, что корпорации и инвесторы очень обрадовались. Такая традиционная для республиканцев экономическая политика (с ее мерами на стороне рыночного предложения в расчете на постепенное распространение их эффекта сверху вниз) в основном пойдет на пользу корпорациям и богатым частным лицам, практически никак не помогая создавать рабочие места или повышать доходы работников в «синих воротничках».

По данным независимого Центра налоговой политики, почти половина всех выгод от предлагаемого Трампом снижения налогов достанется 1% людей с наивысшим уровнем доходов.

Однако животная радость корпоративного сектора вскоре может уступить место первобытному страху: рыночное ралли уже начинает выдыхаться, а медовый месяц Трампа с инвесторами, похоже, близится к концу. И для этого есть несколько причин.

Во-первых, ожидания бюджетных стимулов толкали вверх не только цены на акции, они вызвали еще и рост долгосрочных процентных ставок, а это вредно для капитальных расходов и для отраслей, чувствительных к уровню процентных ставок, например, для сектора недвижимости. Тем временем, укрепление доллара будет приводить к ликвидации многих рабочих мест, которые, как правило, занимают работники в «синих воротничках», являющиеся избирательной базой Трампа.

Президент смог «спасти» 1000 рабочих мест в Индиане с помощью угроз и уговоров в адрес производителя кондиционеров Carrier, однако произошедшее после выборов укрепление доллара США может со временем привести к исчезновению почти 400 тысяч рабочих мест в промышленности.

Кроме того, пакет бюджетных стимулов Трампа может оказаться в итоге намного более крупным, чем это следует из текущих рыночных оценок. Как показал пример президентов Рональда Рейгана и Джорджа Буша-младшего, республиканцы  редко оказываются в состоянии устоять перед искушением снизить налоги (корпоративные, подоходный и другие), даже если у них нет возможности компенсировать выпадающие доходы бюджета и при этом нет желания сокращать госрасходы.

Если подобное произойдет вновь, уже при Трампе, тогда дефицит бюджета будет толкать вверх процентные ставки, а доллар укрепится еще сильней, нанося урон экономике в долгосрочной перспективе.

Вторая причина, побуждающая инвесторов умерить свой энтузиазм, — призрак инфляции. Экономика США уже близка к состоянию полной занятости, поэтому бюджетные стимулы Трампа будут в большей степени способствовать росту инфляции, чем росту экономики. В результате, инфляция заставит даже очень мягкий Федеральный резерв во главе с Джанет Йеллен повышать процентные ставки раньше и быстрее, чем это произошло бы в ином случае. Все это вызовет дальнейший рост долгосрочных процентных ставок и стоимости доллара.

В-третьих, подобная нежелательная смесь избыточно мягкой бюджетной политики с жесткой монетарной политикой приведет к ужесточению финансовых условий, а это вредно для доходов «синих воротничков» и для перспектив занятости. Уже и так настроенная на протекционизм, администрация Трампа будет вынуждена принимать дополнительные протекционистские меры с целью сохранить поддержку рабочих, тем самым, усиливая торможение экономического роста и снижая прибыли корпораций.

Если Трамп зайдет со своим протекционизмом слишком далеко, он, несомненно, начнет торговые войны. И у торговых партнеров Америки не будет иного выбора, кроме как отреагировать на американские ограничения импорта введением собственных пошлин на экспортные товары США. Противостояние в духе «зуб за зуб, око за око» затормозит мировой экономический рост и нанесет ущерб экономике и рынкам всех стран.

Здесь стоит напомнить, что принятый в 1930 году закон Смута-Хоули о таможенном тарифе спровоцировал глобальные торговые войны, которые усугубили Великую депрессию.

В-четвертых, судя по действиям Трампа, уровень вмешательства в экономику его администрации будет выходить за рамки традиционной политики протекционизма. Трамп уже продемонстрировал свою готовность превратить зарубежную деятельность компаний США в мишень: он угрожает им введением импортных пошлин, публично обвиняет их в манипулировании ценами и вводит иммиграционные ограничения, что затруднит привлечение талантливых кадров.

Лауреат Нобелевской премии по экономике Эдмунд Фелпс назвал прямое вмешательство Трампа в работу корпоративного сектора отголоском корпоративизма, отличавшего нацистскую Германию и фашистскую Италию. Более того, если бы бывший президент Барак Обама вел себя в отношении корпоративного сектора так же, как себя ведет Трамп, его бы уже давно заклеймили как коммуниста; однако по какой-то причине Трамп делает это, а корпоративная Америка поджала хвост между ног.

В-пятых, Трамп поставил под вопрос будущее американских военных альянсов, он начал заигрывать с американскими соперниками, например с Россией, и усиливает антагонизм в отношениях с важными глобальными державами, например с Китаем. Его беспорядочная внешняя политика пугает мировых лидеров, транснациональные корпорации и глобальные рынки в целом.

Наконец, Трамп может перейти к антикризисным мерам, которые лишь ухудшат положение. Например, он и его советники уже делали устные заявления о планах ослабления доллара. Однако слова стоят не дорого: устные декларации по поводу будущей монетарной политики (так называемые «операции открытым ртом») оказывают лишь временное влияние на курс валют.

Это означает, что Трамп может перейти к более радикальным и неортодоксальным методам. Во время избирательной кампании он ругал ФРС за излишнюю мягкость и за создание «фальшивой экономики». Однако теперь он может поддаться искушению и назначить таких новых членов в Совет управляющих ФРС, которые будут еще более мягкими, чем Йеллен (и менее независимыми), с целью стимулировать кредитование частного сектора.

Если все это не сработает, Трамп может в одностороннем порядке вмешаться и ослабить доллар, или же ввести контроль за движением капитала, чтобы ограничит приток капиталов, укрепляющих доллар. Рынки уже начинают тревожиться, однако полномасштабная паника станет возможной, когда в результате этих протекционистских мер и безрассудной, политизированной монетарной политики начнутся торговые и валютные войны, соперничество в сфере контроля капитала.

Разумеется, в краткосрочной перспективе ожидания предстоящих стимулов, снижения налогов и дерегулирования могут всё же дать толчок росту экономики и рыночных индикаторов. Однако судя по колебаниям финансовых рынков после инаугурации Трампа, в долгосрочной перспективе непоследовательные, беспорядочные и деструктивные политические решения Трампа дорого обойдутся американской и мировой экономике.

Нуриэль Рубини — гендиректор Roubini Macro Associates, профессор экономики в Школе бизнеса им. Стерна при Нью-Йоркском университете.

Copyright: Project Syndicate, 2017.

Let’s block ads! (Why?)

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ